Приоритет материального права над формальным отказом от требований

Кредитор обратился в суд с заявление о включении требований в реестр должника (дело № А41-94540/19).

Суды двух инстанций прекратили производство по заявлению, придя к выводу о том, что кредитор уже реализовал свое право на судебную защиту, подав заявление о включении требования в реестр требований кредиторов, а затем распорядилась этим правом, отказавшись от заявления.

Кассация направила спор на новое рассмотрение и отметил, что, обращаясь с соответствующим заявлением кредитор указывал, что повторное обращение с заявлением вызвано тем, что, по его мнению, денежные обязательства, возникшие перед ним у должника по решению суда общей юрисдикции, являются текущими обязательствами, что позволяет ему получить денежные средства вне рамок дела о банкротстве. Таким образом, как указывает кредитор, возникла правовая неопределенность в части очередности погашения требований. 

Также следует указать, что заблуждение кредитора о характере требований выразилось в предпринятых им мерах правовой защиты в виде предъявления исполнительного листа в банк, что прямо следует из постановления суда по настоящему делу, то есть данный способ правовой защиты кредитора при первоначальном рассмотрении требований предпринят не был, в связи с чем является новым обстоятельством по настоящему обособленному спору.

Помимо этого, судам стоило учитывать, что кредитор является физическим лицом, юридически неграмотным, особенно в вопросах банкротства, в связи с чем он пользовался юридической помощью. Однако, при отказе представителем кредитора от требований, суду следовало выяснить причины такого отказа, не связанного с добровольным удовлетворением требований, а также разъяснить самому кредитору последствия отказа от требований. 

Судебная коллегия суда кассационной инстанции посчитала, что из процессуального поведения кредитора и занятой им позиции не следует, что он фактически отказывалась от требований к должнику. Таким образом, при отсутствии однозначной воли кредитора на отказ от защиты нарушенного права и при наличии обязательного к исполнению судебного акта суда общей юрисдикции, которым установлен размер страхового возмещения, а по сути социальной выплаты, суды не учли, что будет нарушен основополагающий принцип судопроизводства – право на судебную защиту. 

Фото: Freepik